2002-2019 Copyright © Официальный сайт Тофик ДАДАШЕВ dadashev.ru, dadashev.com.
Все права на материалы, находящиеся на сайте , охраняются в соответствии с законодательством РФ. При полном или частичном использовании материалов ссылка на ресурс DADASHEV.COM обязательна.

Сайт создан в компании LAXSMI PROJECTS 

Copyright © 

  • Белая иконка facebook

пресса

ПОЗВОЛЬТЕ ВЫРАЗИТЬ ВАМ БЛАГОДАРНОСТЬ!

2007

Тофик Дадашев

Позвольте выразить Вам благодарность, что Вы заинтересовались моим сайтом.
Прошу обратить внимание: все, что обо мне написано, подтверждается людьми и событиями.


Прочитав публикации обо мне, Вы заметите, что моя деятельность многогранна и охватывает не только события нашего времени, но имеет отношение к загадкам, волнующим людей на протяжении многих столетий. У Вас есть возможность прочитать о моем видении жизни и личности Моны Лизы (Джоконды). Однажды ко мне обратился мой близкий знакомый Станислав Сергеев, знаток и ценитель живописи. Зная мои способности «видеть» человека, у него созрела идея, чтобы я подтвердил, на самом ли деле на портрете изображена именно Мона Лиза, и разгадал тайну ее улыбки. Поговорив на разные темы и выпив пару чашек кофе, я согласился. Мой рассказ был спонтанным и вдохновенным. Отвечая на эти два вопроса, я так увлекся, что получилось целое жизнеописание. В течение 2-х часов я рассказывал, глядя на репродукцию картины. Я подтвердил, что на портрете изображена именно она, Мона Лиза дель Джокондо, и «увидел», что тайна ее «странной» улыбки связана с ее беременностью в момент написания портрета. Станислав записал мой рассказ дословно, полностью сохранив его логику и последовательность. Хочу отметить, что в дальнейшем в этот текст не было внесено ни одной поправки, несмотря на существование и появление различных версий. Высказывались сомнения, что на протрете действительно изображена дочь флорентийского купца Мона Лиза. Выдвигались разные гипотезы и предположения: что картина представляет собой автопортрет самого да Винчи, что на ней художник якобы изобразил свою любовницу или же древнеегипетскую богиню плодородия Исиду и т. д. Этот трактат был написан в январе 1981 года. Встречаясь с советскими и зарубежными журналистами, деятелями науки и культуры, я дарил им это произведение, которое, как мне казалось, никого не оставило равнодушным. Спустя несколько месяцев в посольстве Франции через советника по культуре К. Круай я передал Лувру свою рукопись. Мое творение было принято дирекцией Лувра с благодарностью и с интересом как новая версия тайны портрета Моны Лизы. В 1982 году заведующий отделом информации еженедельника «Неделя» Э. Церковер, неоднократно писавший обо мне, принял этот материал с большим энтузиазмом и желанием опубликовать, но руководство не решалось дать ход материалу, и он пролежал в редакции 3 года. Позже ответственный секретарь в телефонном разговоре признался мне: «Материал очень интересный, но слишком необычный — боюсь „по шапке“ дадут». И только в 1988 году в нашей стране «Московская Правда» решилась опубликовать это произведение, а позже «Собеседник» и другие. В 2006 году французские и канадские исследователи объявили, что Леонардо да Винчи изобразил на портрете именно ее, Мону Лизу, в период беременности. Несомненно, что после стольких публикаций моя версия подтолкнула ученых проводить исследования в этом направлении.

Что касается нашего времени, хотелось бы напомнить и уточнить такие наиболее известные факты моей деятельности, как помощь в операции спецподразделения «Альфа» по предотвращению угона самолета с заложниками на борту, а также в противостоянии за шахматную корону между А. Карповым и Г. Каспаровым.
О моем участии в матчах двух выдающихся советских шахматистов было достаточно много рассказано у нас и за рубежом. Считаю необходимым более подробно рассказать о факте захвата самолета, так как об этом писали мало, не всегда точно, а в некоторых случаях даже искаженно.
31 марта 1989 года в Бакинском аэропорту «Бина» совершил посадку пассажирский самолет, захваченный террористом. В те дни я находился в Баку. Через моего близкого знакомого офицера КГБ Александра с просьбой о помощи ко мне обратилось руководство штаба, созданного в связи с чрезвычайной ситуацией Комитетом Госбезопасности. После короткой паузы я согласился, хотя не представлял, в чем будет заключаться моя помощь. Но понимал, что речь идет о жизни стольких людей, и я просто не имею морального права отказаться. Когда меня доставили в здание аэропорта, времени оставалось буквально считанные минуты. Мне кратко обрисовали сложившуюся ситуацию: террорист требует крупную сумму в иностранной валюте с последующим вылетом в одну из восточных стран и угрожает взорвать самолет, если его условия не выполнят до 8 часов утра. Кроме того, специальные приборы зафиксировали тиканье какого-то часового механизма и отдельные фразы террориста, якобы адресованные сообщнику. Ситуация усугублялась тем, что в аэропорту, где преступник сел в самолет, не было досмотра багажа. Террорист предупредил: чтобы взорвать самолет, ему достаточно нажать на кнопку наручных электронных часов. Передо мной поставили задачу убедить его, что деньги будут только к 11 часам, т.к. в то советское время в республике такой суммы не было. Больше ничего от меня не требовалось. Из разговора стало ясно, что террориста намерены отпустить, так как согласно международной конвенции в любой стране его арестуют и передадут правоохранительным органам СССР. Были еще обстоятельства, которые влияли на принятие такого решения. Это происходило накануне официального визита М. Горбачева в Великобританию, а также имелся неудачный опыт в операциях такого рода (всего за год до этого был захвачен самолет семьей Овечкиных; в результате штурма погибло 9 человек, включая пятерых угонщиков, 19 ранено). Меня подвезли к трапу самолета. По условию террориста я должен был стоять на расстоянии 25 метров сбоку от трапа. Я представился сотрудником МИД Азербайджана (пришлось самому придумать) и обратился к преступнику с убедительной просьбой подождать до 11 часов утра, так как деньги везут из Москвы. Террорист слушал меня, открыв входную дверь, но предусмотрительно стоял так, чтобы его не было видно. Выслушав меня, он раздраженно предупредил, что 11 часов — последний срок, и закрыл дверь. В машине на обратном пути к зданию аэропорта я, улыбаясь, спросил у Александра: «Как мне быть? Ваши говорят, что у него бомба и сообщники, а все это ерунда. Нет там бомбы и нет сообщников». Он ответил: «Как чувствуешь, так и говори». По возвращении в штаб я сразу заявил: «Понимаю всю серьезность происходящего, но уверен, что все это блеф: ни бомбы, ни сообщника нет. Мое мнение — его отпускать не надо». Руководители штаба задали вопрос, как я представляю себе дальнейшие действия, чтобы обезвредить террориста. Впервые оказавшись в такой ситуации, я, основываясь на своем воображении и интуиции, посоветовал затронуть конкретную тему ...: «Это его увлечет, и он позволит подойти к себе. И тут он попросит закурить..., и вы его возьмете» (мне не было известно, что он курит). В 11:05 обезвреженного террориста занесли в штаб. В его сумке оказался обычный будильник. Позже подтвердилось, что сообщников не было. Ко мне с благодарностью подошел Герой Советского Союза командир спецподразделения «Альфа» генерал Виктор Карпухин и сказал: «Мы действовали в той последовательности, как Вы советовали... Он попросил закурить, и мы его взяли». Эту операцию по освобождению заложников и предотвращению угона самолета признают одной из самых успешных в мировой практике. Благодаря высочайшему профессионализму и слаженным действиям всей команды, она завершилась без жертв и кровопролития. Многие участники этой операции (включая меня) были награждены высокими правительственными наградами. Короткое сотрудничество с этими умными и мужественными людьми оставило глубокий след.

С уважением к Вам, Тофик Дадашев

P. S. Мы знаем немало примеров из нашей жизни, когда люди ссорятся из-за недоразумений или просто какой-то ерунды... и перестают общаться. А через некоторое время жалеют о произошедшем, тоскуют, переживают, скучают. Так как многие делились со мной своими переживаниями, я убедился, что эта проблема существует. Понимая, что в подобных ситуациях нужна третья, примиряющая сторона, я тот человек, который предлагает помочь сделать первый шаг к примирению. К сожалению, мы забываем, что наша жизнь такая короткая, и придумываем разные причины и отговорки, чтобы не делать самим первый шаг. Уверен, что все это — предрассудки, которые мешают нам жить. Если Вы страдаете в разлуке, знайте, что и другая сторона может испытывать то же самое. Поэтому отбросьте все... — звоните, пишите, сделайте Вы благородный шаг к примирению. Но если другая сторона не пойдет Вам навстречу, забудьте об этом человеке, и Вам, скорее всего, станет даже легче.